[indent] Элис слушала и поражалась. Не тому, что здесь не ставят капканы — это даже показалось ей правильным, человечным. А тому, как спокойно, буднично, почти скучающе он рассказывал об этом цикле: волк, сезон охоты, флажки по периметру, следующий год — пума или старый лось. Для него это была рутина. Для неё — целый мир, о котором она не имела ни малейшего понятия ещё двадцать четыре часа назад.
[indent] Она хотела расспросить его об этих зверях, о том, как часто они забредают на пастбища, были ли нападения, как местные с ними справляются. Ей даже показалось, что он сейчас расскажет что-то ещё — вон как задумчиво покосился, будто прикидывая, стоит ли делиться какой-то историей. Но в этот момент его телефон зажужжал, и все мысли рассыпались. Элис вздохнула про себя. Потом. Может быть, потом. А пока оставалось только наблюдать за его лицом, пока он слушал собеседника... Брови съезжались к переносице — это явно не к добру. Но губы при этом кривились в усмешке? Элис пыталась расшифровать это выражение, но не успела. Потому что он вдруг рявкнул в трубку: "Да не собираюсь я его убивать!"
[indent] Она невольно отшатнулась — его голос громом прокатился по лесу, вспугнув какую-то птицу где-то над головой. Порох дёрнул ушами, но остался на месте. А Рэндалл тут же спохватился, бросил на неё извиняющийся взгляд — Элис готова была поклясться, что это был именно извиняющийся взгляд, — и продолжил разговор уже тише.
[indent] «Волк. Он обсуждает с кем-то волка. И не хочет его убивать.»
[indent] Это было так неожиданно, что Рид на секунду забыла, где находится. Огромный мужик с ружьём за плечом, который сам же говорил про охотников и контроль популяции, вдруг с такой горячностью отрицает, что собирается стрелять. Для кого тогда ружьё? Для защиты? Или просто так, для устрашения? Она не успела спросить. Рэндалл закончил разговор, убрал телефон и посмотрел на неё. И в этом взгляде вдруг проявилось что-то мальчишеское, почти озорное. Будто он придумал какое-то развлечение, и оно ему самому нравилось. И она не ошиблась.
[indent] Он сказал, что у него для неё есть ещё одна история. Но расскажет её не он, а непосредственный участник и виновник нынешнего «торжества». Девушка моргнула. Не сразу до неё дошло, что он имеет в виду. Участник и виновник? Тот самый зверь? Или охотник? Или... она даже не знала, что именно предполагать. А потом он спросил, есть ли у неё планы на сегодняшний вечер.
[indent] Она чуть не рассмеялась. Планы? У неё? В Касл-Роке? Где её главное развлечение — это хрустеть чипсами перед ноутбуком и пересматривать фотографии лошадей. Её планы на вечер — это... никаких планов на вечер. Кроме, возможно, новой главы про суровых фермеров и серых волков.
[indent] — Нет, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно, без излишнего энтузиазма. — У меня абсолютно никаких планов. Совсем. Я свободна.
[indent] Он придержал стремя, предлагая забираться самой, и Элис послушно шагнула вперёд. Забралась в седло — уже не так неуклюже, как в первый раз. Мышцы запомнили движение, тело само нашло баланс. Порох, кажется, отнёсся к её присутствию вполне благосклонно.
[indent] Рэндалл молча взял поводья и повёл жеребца обратно, к выходу из леса. Они двигались неспешно — он внизу, она наверху, и это молчание не было тяжёлым, а скорее усталым, доверительным. Лес постепенно редел, сменяясь открытым пространством, а вскоре вдали показались знакомые очертания конюшен.
[indent] Когда они наконец добрались до места, Порох сам остановился у изгороди выгона, будто понимал, что рабочий день подошёл к концу. Элис спешилась — на этот раз почти ловко, хотя ноги всё ещё дрожали от долгой езды. Она пригладила растрепавшиеся волосы и подняла взгляд на Рэндалла.
[indent] — Так куда и во сколько мне быть? — спросила она, прямая, как струна, голосом деловым, но в глазах плясали чёртики.

Подпись автора

«I'm gonna show you what it's like to be loved by a wildfire»

[indent] Крэддоки оказались не такими уж плохими ребятами. По крайней мере, в кабине их старого пикапа сильно не воняло табаком, как она опасалась, а отцовские шутки про «городскую штучку» быстро сошли на нет, когда Элис ловко парировала что-то про местные достопримечательности. Они даже зауважали её, кажется. Или просто отвлеклись на разговор о хромой лошади.
[indent] — Высадите меня где-нибудь в центре, — попросила она, когда впереди показались первые дома Касл-Рока.
[indent] Старший Крэддок кивнул и притормозил на главной улице. Элис выпрыгнула из кабины, поблагодарила и, помахав на прощание, скрылась за дверью. Она зашла в продуктовый магазин. Дома было шаром покати. В магазине двигалась быстро, почти по-армейски чётко: хлеб, сыр, какая-то зелень в пакете, бутылка воды, хлопья на завтрак, банка растворимого кофе — без кофе она не функционировала. На кассе прихватила ещё большой стакан американо с собой — на случай, если вечер затянется.
[indent] Дома, в своей маленькой квартирке на втором этаже, она скинула ботинки, прислонила камеру к стене и рухнула на диван, уставившись в потолок. Тело гудело, мышцы ныли, но внутри всё пело. Она была здесь. Она делала это. И вечер обещал быть… интересным.
[indent] Элис заставила себя подняться и открыла ноутбук. Перекинула фотографии с камеры и принялась листать, раз за разом возвращаясь к одним и тем же кадрам. Порох на фоне туманных полей. Крупный план следа — чётко, с линейкой. Клочок серой шерсти на колючем кусте. И он. Рэндалл. На коне. Рэндалл с ружьём за плечом. Рэндалл, склонившийся над следом. Рэндалл, смотрящий куда-то вдаль — туда, где, возможно, прятался тот самый зверь. Она задержалась на этом снимке дольше, чем следовало.
[indent] — Рабочий материал, — напомнила она себе вслух. — Ты собираешь материал, Рид.
[indent] Голос прозвучал неубедительно даже для неё самой.
[indent] Потом она достала диктофон — маленькую чёрную штучку, которая была с ней везде и всюду, как верный пёс. Нажала запись и заговорила, фиксируя впечатления, пока они не выветрились:
[indent] — Первое впечатление: лес здесь другой. Не как в Огайо. Более… древний, что ли. Сосны высоченные, пахнет хвоей и прелым листом, и тишина — такая, что уши закладывает. Когда Рэндалл говорил про волков, я почему-то представила себе стаю из «Зова предков» Лондона. Даже мурашки побежали. Но он сказал, что нападений не было. Верю. Почему-то верю.
[indent] Пауза. Щелчок пальцами.
[indent] — Ещё момент: он не хочет стрелять в волка. Это было искренне. Я видела его лицо, когда он крикнул в трубку. На секунду он стал похож на мальчишку, которого заставляют сделать что-то противное. Не знаю, что из этого выйдет, но… это важно. Для книги. Для понимания того, как эти люди относятся к дикой природе - не как к врагу, а как к соседу, с которым надо как-то уживаться.
[indent] Она остановила запись, прослушала пару секунд — голос звучал устало, но ровно. Достаточно.
[indent] Посмотрела на часы. Без двадцати семь. В Ирландский паб — к семи. Значит, пора собираться. Элис переоделась в те же самые джинсы (чистые, слава богу), фланелевую рубашку, уже другую — тёмно-зелёную, которая, как ей казалось, шла к её глазам — и потёртую кожаную куртку. Камеру брать не стала, только блокнот, диктофон и телефон. Сегодня она не журналист, берущий интервью. Сегодня она — просто Элис, которую пригласили послушать историю. Хотя какая-то часть её всё равно нащупала в рюкзаке запасную батарейку для диктофона.
[indent] Выходя из дома, она задержалась на крыльце, вдохнула вечерний воздух. Над островом опускались сумерки — не городские, с противным жёлтым отсветом фонарей, а настоящие, сиреневые, с первой звездой, которая уже проклюнулась на востоке. Где-то лаяла собака. Где-то хлопнула дверь. Касл-Рок жил своей тихой жизнью, и Элис вдруг остро почувствовала себя частью этого — пусть крошечной, пусть временной, но частью.
[indent] Паб нашёлся быстро. Тёмный фасад, вывеска с кельтским узором, приглушённый свет в окнах — такой, какие бывают только в настоящих ирландских заведениях. Элис толкнула тяжёлую деревянную дверь и шагнула внутрь.
[indent] Пространство обрушилось на неё теплом, запахом пива и жареного лука, приглушённым говором и где-то далеко — музыкой из музыкального автомата. Она моргнула, привыкая к полумраку. Барная стойка, ряды бутылок за спиной у бармена, несколько столиков, занятых местными и, судя по одежде, туристами. В углу — бильярд. И везде люди. Она на секунду растерялась — такой шумный, живой, дышащий энергией паб контрастировал с сегодняшним днём, наполненным тишиной полей и леса.
[indent] Элис оглядела зал, высматривая знакомую массивную фигуру. Сердце почему-то колотилось быстрее обычного. «Да что с тобой, Рид? Это просто рабочий момент».
[indent] Но когда она нашла его — в дальнем углу, за столиком у стены, — внутри всё равно что-то ёкнуло. Рэндалл сидел не один. Напротив него расположился какой-то мужчина — Элис не стала вглядываться в детали, решив, что он сам представится, если сочтёт нужным. Они о чём-то оживлённо говорили, и сам Рэндалл выглядел расслабленным — по крайней мере, гораздо более расслабленным, чем сегодня утром, когда стоял на крыльце дома Блэйков и заслонял собой проход.
[indent] Она подошла к столику.
[indent] — Добрый вечер, — сказала она, глядя на обоих. — Кажется, пришла почти вовремя. Я — Элис. — Она обратилась к незнакомцу с лёгкой, дружелюбной улыбкой.
[indent] Улыбка получилась искренней — такой, какой она улыбалась новым людям, когда хотела понравиться. Не заискивающей, а открытой. «Я своя. Я не кусаюсь. Ну, почти».
[indent] Она перевела взгляд с одного мужчины на другого и остановилась на Рэндалле.
[indent] — Можно присесть?

Подпись автора

«I'm gonna show you what it's like to be loved by a wildfire»