Бывают дни, когда все, что только можно идет не так и не туда. Вот и сегодня процент пакостей, что щедрая на сюрпризы жизнь подкинула Ингрид, превысил все возможные значения. Причем все по мелочи да по мелочи, начиная со скисшего молока, штрафа за неправильную парковку и разлетевшегося по салону автомобиля пакетика арахиса и заканчивая заевшей в самый ответственный молнией куртки, из-за чего Ингрид осталась сначала без обеда, а затем и без послеобеденного кофе. В ту же копилку отправились зажевавший важные документы принтер, разбитая любимая чашка, потерянная сережка и так далее, и тому подобное.
     Так что, когда от коллег поступило предложение пропустить по стаканчику в небольшом баре неподалеку от работы, Ингрид, рассчитывая утопить сегодняшнее невезение в коктейле, согласилась без колебаний. Конечно, она предпочла бы в качестве компании дядю Никласа, с которым как раз можно было бы обсудить кое-какие мысли, не дававшие ей покоя с того самого знаменательного обеда с папулей, а еще лучше – Тайлера, но за неимением лучшего удовольствуемся ординаторами.
     Тем более, что почти все молодые (как их упорно именовали в отделении) врачи были не женаты, симпатичны, легки на подъем, зачастую интересны в общении и не раз приглашали ее то туда, то сюда. Как там папуля сказал? Попробуй посмотреть на свое окружение под другим углом? Вот и займемся, может из этого и выйдет что-то путное.
     Путного, ожидаемо, не вышло – нет, компания была безусловно мила, и часть вечера прошла в атмосфере общего смеха и дружеских подколок, но чем дальше, тем больше Ингрид тянуло домой на любимый диван, в компанию к ноуту, сериалам и фикусу. Фикус был ей особенно дорог, так как был шуточным подарком от Тайлера и не раз выслушивал тяжелые вздохи и сетования по поводу откровенной слепоты некоторых мужчин. Впрочем, а точно ли отдельно взятый мужчина слеп? Может, для разнообразия стоит признать неприятный факт и попробовать понять, куда двигаться дальше?
    Поэтому, как только вся компания вывалилась на улицу, намереваясь передислоцироваться в «Люцифер», Ингрид, которую на шумные развлечения сегодня не тянуло, поспешно распрощалась со всеми, отговорившись от нарисовавшихся провожатых тем, что ей тут до дома два шага, и только ее и видели. Тем более, что до дома, где находилась ее квартира, было и вправду рукой подать, а небольшая прогулка всегда на пользу, особенно когда ее завершает подъем по лестнице на четвертый этаж, лифт-то снова не работает.   
     На третьем этаже у соседки, чья квартира располагалась под квартирой Ингрид, снова были гости, о чем свидетельствовала громкая музыка и характерный смех, и Ингрид вновь посетовала на собственные обстоятельства, на миг пожалев, что не пошла вместе со всеми в клуб. Однако стоило ей переступить порог дома, как все сожаления отлетели в сторону – горячая ванна, теплый халат и уютный диван делают жизнь чуточку лучше. И, в отличии от мужчин, никогда не разочаровывают.

Отредактировано Ingrid Winterberg (05-04-2025 18:07:46)

[indent] К тому моменту, как Анджей обнаружил потоп, Ингрид спала и видела по меньшей мере третий, если не пятый, сон. В этих снах, под влиянием вечерних вливаний и размышлений, непременно присутствовал Тайлер. Ингрид безуспешно пыталась догнать мужчину, на котором для нее сошелся клином белый свет, мчась по длинной скрипучей лестнице сломя голову. А когда в конце концов она сумела-таки его настигнуть и схватить за руку, оказалось, что рот у нее зашит, и ни один звук не может вырваться оттуда, несмотря на тщетные попытки. Пожалуй, папуля прокомментировал бы увиденное дочерью во сне кратко, но емко, невзирая на врачебную этику и прочие формальности. Впрочем, о снах Ингрид доктору Винтербергу-старшему знать не полагалось, все-таки работу нужно оставлять на работе, а не тащить в дом по поводу и без. И так их семейные встречи больше напоминали консилиумы, за редким исключением, каким, собственно, и стал обед накануне.
[indent] Чем же дело закончиться, Ингрид досмотреть не удалось – внезапно раздавшийся стук в двери, а за ним приглушенный мужской голос, сказавший что-то невнятное, выдернули ее из персонального хоррора настолько резко, что она подскочила на кровати. Даже не сразу сообразила, что находится у себя дома, а не в ординаторской. За окном еще темно, да и на часах не столько поздно, сколько уже рано, и можно бы спать и спать, и вообще сделать вид, что ее нет дома. Ведь могли же просто ошибиться дверью, вон у соседки с третьего этажа гости бывают с достаточной регулярностью, может кто-то из них, в состоянии измененного сознания, ошибся этажом?
[indent] Размышляя в таком ключе, Ингрид все же поднялась с кровати, с трудом отыскав тапочки. Нащупала в темноте теплый халат, завернулась в него и поплелась уточнять, что же там случилось. Проклятая профдеформация не давала покоя и сейчас, мало ли, может быть действительно кому-то стало плохо, и врач среди ночи понадобился. А о том, что она врач, знал весь дом, и к ней действительно обращались за советами время от времени. Но не так что бы среди ночи, конечно, но все бывает в первый раз.
[indent] Добравшись до двери, Ингрид, прежде чем открыть, таки вспомнила заветы родителей и посмотрела в глазок – на лестничной площадке обнаружился смутно знакомый мужчина. Где она могла его раньше видеть? Хотя не важно, для начала уточним, что ему понадобилось в такое время, а там уже решим, то ли помочь, то ли полицию вызывать, вместе с парамедиками.
[indent] Аккуратно накинув цепочку, Ингрид приоткрыла двери ровно настолько, что Анджей мог видеть лишь кусок махрового халата, торчащие в разные стороны светлые волосы и один глаз хозяйки дома. Разбуженная посреди ночи женщина – зрелище не для слабонервных. Шмыгнув носом, Ингрид поинтересовалась у ночного визитера хриплым со сна голосом:
[indent] - Чем могу быть полезна…? – тем временем краешек сознания доктора Винтерберг отметил, что где-то журчит вода, и журчание это было достаточно бодрое, нетипичное для обычных песен водоснабжения, исполняемых внутренними системами. Дом, в котором находилась квартира Ингрид, был из старого фонда, поэтому к периодическим поломкам тут относились как к неизбежному злу, и даже планировали как-то менять систему капитально, но, как водится, владельцы квартир не смогли между собой договориться, и ситуация оказалась подвисшей в воздухе. Точнее, как оказалось позднее, затонувшей.